Исторический вестник. Том XLIX.

------ Воспоминан ія А. А. А л ек сѣ ев а ------ 525 такъ какъ и по фигурѣ и по лицу, изборожденному многочислен­ ными морщинами, это былъ человѣкъ «древняго вида». Между тѣмъ онъ всегда старательно и долго гримировался, затушевывалъ свои собственныя морщины и выводилъ суриковымъ карандашомъ новыя. Разрисуетъ, бывало, себя самымъ неимовѣрнымъ образомъ, надѣнетъ на свою лысую голову плѣшивый парикъ и любуется со­ бой передъ зеркаломъ вплоть до выхода. Однажды подошла къ нему покойная артистка Громова и спросила; • — Иванъ Ивановичъ, съ чего это ты лице-то измаза.лъ? Все оно у тебя въ какихъ-то рубцахъ вышло... — Дура! — не безъ сердца отвѣтилъ Сосницкій. — Развѣ не знаешь, что я старика играю? Сосницкій плохо запоминалъ имена, фамиліи и числа. Онъ все, бывало, перепутывалъ и никогда не могъ ничего передать слуша­ телю въ послѣдовательномъ порядкѣ. Въ обыденномъ разговорѣ онъ перепархивалъ съ предмета на предметъ безъ всякой логики и системы. Подойдетъ къ кому нибудь и заговоритъ; — Вчера я немного гулялъ по Фонтанкѣ утромъ для моціона и встрѣтилъ у моста... у того моста... какъ его... — Аничкинъ?—помогаетъ собесѣдникъ. — Нѣтъ... ну, каменный еще... — Да на Фонтанкѣ всѣ каменные... — Теперь вотъ каменные, а я помню ихъ деревянными... Вотъ, батенька, времячко-то было; говядина стоила грошъ, х л ѣ б ъ - грошъ, водка—грошъ, вся жизнь—грошъ... Вывало, извозчику-то дашь гривну, такъ онъ тебя везетъ—везетъ... Пріѣдешь къ Ивану, кажется, Петровичу... ахъ, фамилію забылъ... ну, какъ его... Ну, у него еще зять въ коллегіи служилъ... а у зятя отецъ сенатскимъ столоначальникомъ былъ... ну, какъ его... ахъ. Боже мой, неужели не знаете? — Нѣтъ, не знаю... — Жена у него такая полная дама, съ просѣдью... и у ней восемь человѣкъ дѣтей было разнаго возроста... Ну, какъ его... ахъ, Господи! Опять забылъ, надняхъ еще какъ-то припоминалъ его... Ну, тотъ самый, у котораго свояченица съ офицеромъ сбѣ­ жала... ну, какъ его... она была хорошенькая, черненькая, съ боль­ шими глазами... Еще жилъ онъ на Петербургской сторонѣ, въ Гу- лярной улицѣ... да, ну, какъ же... — Да, Богъ съ нимъ, Иванъ Ивановичъ, — не въ имени дѣло... — Вотъ хорошій-то человѣкъ былъ! Прелесть! Хлѣбосолъ страшный... Кто нибудь отвлечетъ Сосницкаго отъ этой бесѣды, и онъ пре­ спокойно ее прекратитъ. Потомъ черезъ часъ или полтора под­ бѣжитъ онъ къ бывшему собесѣднику п торжественно объявляетъ;