Исторический вестник. Том XLIX.

524 ------ Воспоминан ія А. А. А л ек сѣ ев а ------ , ' дителя», 1-го дѣйствія оперы «Жизнь за Царя» и большаго раз­ нохарактернаго дивертисемента, въ которомъ принялъ участіе ба­ летъ. Этотъ сборный спектакль былъ вызванъ тѣмъ обстоятель­ ствомъ, что всѣ труппы выразили желаніе непремѣнно участво­ вать въ шестидесятилѣтней годовш,инѣ одного изъ талантливѣй­ шихъ представителей русской сцены. Передъ началомъ спектакля юбиляръ былъ поздравленъ съ высочайшею милостію, и ему вручены были брилліанты на медаль, пожалованную ему въ день пятидесятилѣтняго его юбилея. Въ одинъ изъ антрактовъ, императоръ Александръ Николае­ вичъ, зайдя на сцену, прошелъ въ уборную къ Сосницкому и велъ съ нимъ продолжительную бесѣду. 1Іольш;енный монаршимъ внима­ ніемъ, старикъ разрыдался и не могъ отвѣчать на вопросы го­ сударя. — Ну, пропі;ай!—сказалъ въ заключеніе императоръ.—Погово­ римъ въ другой разъ на свободѣ... Выйдя изъ уборной, Александръ Николаевичъ подошелъ къ группѣ актеровъ, ожидавшихъ его появленія. — Старъ онъ у насъ! Нужно его беречь и холить... Да и вы, старики, себя берегите,—обратился онъ къ Каратыгину, Григорьеву ц другимъ.—Я васъ, стариковъ, люблю и никогда не забуду. Милостивыя слова государя произвели впечатлѣніе на всѣхъ присутствовавшихъ. Императоръ въ то время долго пробылъ за кулисами и многихъ удостоилъ своимъ разговоромъ. Осенью того же 1871 года Иванъ Ивановичъ выступилъ послѣдній разъ въ комедіи Минаева «Либералъ». Это была его лебединая пѣсня. Вскорѣ онъ слегъ въ постель и, послѣ трехмѣсячнаго по­ степеннаго угасанія, 24-го декабря вечеромъ скончался. Его кон­ чину можно назвать кончиною праведника: онъ ‘ умеръ безъ бо­ лѣзни, страданія и агоніи. Хоронили Сосницкаго скромно. Толпа, шествовавшая за его гробомъ въ Новодѣвичій монастырь, была не велика. Это былъ тѣсный кружокъ друзей и товарищей покойнаго. На могилѣ его говорили рѣчи Ы. А. Потѣхинъ и Ѳ. А. Бур­ динъ. Послѣдній сказалъ краткое, но мѣткое слово: «Дорогіе товарищи! Бросая послѣднюю горсть земли на эти драгоцѣнные останки артиста и человѣка, мы ничѣмъ инымъ не можемъ почтить память Ивана Ивановича Сосницкаго, какъ тѣмъ, если будемъ стараться нодражать ему, какъ артисту и какъ чело­ вѣку». Въ послѣдніе годы жизни, на восьмомъ десяткѣ лѣтъ, Иванъ Ивановичъ примѣтно одряхлѣлъ, но ни подъ какимъ видомъ не хотѣлъ считать себя старикомъ. Онъ бодрился и не прочь былъ отъ ролей, требующихъ исполнителя среднихъ лѣтъ. Въ свои по­ чтенные годы онъ смѣло могъ бы играть стариковъ безъ грима.