Исторический вестник. Том XLIX.

------ Р оя л и с т ск ая заговорщ иц а ------ 201 Но, нѣтъ, она великодушна... ея глаза раскроются когда ни- будь предъ свѣтомъ доброты, какъ разверзлись его собственныя очи. И у него стало храбрости солгать; — Регина говорила мнѣ своей сестрѣ, она будетъ любить ея дочь.. — О, какъ бы я желалъ ей этого! — воскликнулъ Жанъ Шенъ: для нея это будетъ возрожденіемъ... — Я отвѣчаю за нее. — Напишемъ наши завѣщанія! Намъ оставили бумагу, особаго рода состраданіе... Я завѣщаю вамъ Марсель... — Если же я умру и вы переживете меня, чего я отъ души желаю, такъ какъ я одинокъ на свѣтѣ, я завѣщаю вамъ мою Регину... вотъ что я пишу; «Регина, я люблю васъ... сердце мое бьется только для васъ, и въ минуту смерти имя ваше будетъ на моихъ устахъ... Не проклинайте меня. Сохраните обо мнѣ добрую память... и не забудьте, что есть нѣчто, что выше всего—справед­ ливость и доброта. Я люблю васъ». Затѣмъ слѣдовала подпись. Въ это же время писалъ и Жанъ Шенъ. — Завѣщаніе уважается,—проговорилъ онъ.—Не забудьте, что вы братъ Марсели. Они обмѣнялись бумагами. Пробило десять съ половиною часовъ. — Еще полъ-часа, — сказалъ Жанъ Шенъ. ’— Какъ мы бы­ стро старимся! Для преступника послѣднія минуты должны быть ужасны. Я покоенъ, а вы? — Я даже не считаю времени. И онъ прибавилъ почти весело: — Если бы мнѣ сказали мѣсяцъ назадъ, что я буду разстрѣ­ лянъ, какъ солдатъ Бонапарта! — Вы на меня за это не въ претензіи? — Что вы!... Я умираю солдатомъ Франціи и горжусь этимъ. Они еще разговаривали въ то время, какъ открылась дверь. Ихъ ожидалъ небольшой отрядъ. Они поцѣловались. .Затѣмъ послѣдовали за солдатами. На башенныхъ часахъ пробило 11 часовъ. Въ то время рѣшетка парка была не на томъ мѣстѣ, какъ те­ перь. Площадь на берегу Сены была прежде гораздо обширнѣе, она простиралась до самыхъ водопадовъ. Они шли, окруженные англійскими солдатами. Они пришли къ набережной. Здѣсь ихъ поставили спиною къ рѣкѣ. Три роты образовали кругъ, открытый къ мосту. Офицеръ, съ обнаженною шпагою, со-