Исторический вестник. Том XLIX.

190 ------ Жюль Лѳрмипъ ------ нулись вмѣстѣ въ почтовой каретѣ, точно изъ свадебнаго путеше­ ствія. Мсьё Лорисъ, который не могъ оставить своего будуш;аго те­ стя, безумно увлеченнаго битвою, вернулся къ нему на аванпостъ. Затѣмъ могу повторить то, что я уже имѣлъ честь доложить мар­ кизѣ: виконтъ де-Лорисъ живъ, живъ и невредимъ. Каждое слово Лавердьера отравляло ядомъ сердце несчастной женщины! Все, что онъ говорилъ, было такъ правдоподобно! На­ конецъ, какая выгода этому человѣку обманывать ее? Истина была несомнѣнна и ужасна. Лорисъ всегда лгалъ низко, неблагородно. У ея ногъ, нашепты­ вая ей слова любви, онъ думалъ о другой, объ этой дѣвчонкѣ, о своей любовницѣ... Выла ли то боль?—нѣтъ. Униженіе, превратившееся въ нена­ висть, въ ненасытную потребность мести, наказанія. О, съ ка­ кимъ бы наслажденіемъ она пронзила имъ обоимъ сердце! Кейразъ не злоупотреблялъ своимъ тріумфомъ. Онъ отвернулся отъ нея на половину и не смотрѣлъ на ту, которую подвергъ такой жестокой пыткѣ. Онъ былъ доволенъ собою. Маларвику онъ угодилъ: немного правды, много клеветы, какъ все это было просто! Немножко энер­ гіи въ трудныя минуты, какъ, напримѣръ, сегодня ночью, и цѣль была достигнута. Регина хотѣла переломить себя, быть спокойной. Но какъ пре­ одолѣть ту внутреннюю дрожь, отъ которой она трепетала всѣми фибрами своего существа? Вдругъ она обратилась къ нему: — Мсьё Кейразъ, вернемтесь въ гостинную. Прошу васъ, дайте мнѣ руку. Она презирала этого человѣка, для нея было началомъ реванша снизойти до него, она наказывала себя этимъ униженіемъ за то, что вѣрила въ честность, въ Искренность, въ честь, въ любовь. Она перестала разсуждать, она поддавалась влеченію своихъ чувствъ, моментальному проявленію инстинкта. Де-Кейразъ гордился своимъ значеніемъ и тѣмъ, что попалъ такъ мѣтко, тѣмъ не менѣе былъ достаточно хитеръ, чтобы не злоупотребить своей побѣдой и не забыть разстоянія, ихъ раз­ дѣлявшаго; онъ не поддался тщеславному искушенію, которое ему было предложено, и, опередивъ маркизу, онъ открылъ дверь въ гостинную и, низко ей кланяясь и отстраняясь, пропустилъ ее. Въ эту самую минут}' ея появленіе точно прервало начатый разговоръ: съ именемъ Лориса, случайно произнесеннымъ, наступило вдругъ всеобщее молчаніе. Маркиза замѣтила это. Неужели надъ ней смѣялись? — Вы, кажется, говорили о виконтѣ Лорисѣ?—спросила она, окинувъ гордымъ взглядомъ окружающихъ.