Исторический вестник. Том XLIX.

474 ------ Заграничны я и сторич еск ія новости ------ полѳономъ и Крымская война не уничтожили симпатій между двумя на­ ціями. Да оно и понятно: славянской и романской расѣ нечего бояться другъ друга, но ослабѣй одна изъ нихъ, и тевтонская раса сдѣлается го­ сподствующею въ Европѣ, что и случилось послѣ погрома Франціи. На­ родный инстинктъ болѣе, чѣмъ всѣ дипломатическіе расчеты, содѣйствуетъ соглашенію державъ, и это вполнѣ подтверждаетъ книга Гено, хотя и об­ нимающая небольшой періодъ времени. — Генералъ Гѳрбе оставилъ своему семейству письма изъ эпохи Крым­ скаго похода, появляющіяся теперь подъ названіемъ «Французы и русскіе въ Крыму» (G en era l НѳгЪё: F r a n c a i s e t B u s s e s eii Сг imee). Генералъ былъ тогда адъютантомъ въ 95 линейномъ полку. Онъ описываетъ живымъ литературнымъ языкомъ высадку въ Галлиполи, Константинополь, лагери въ Варнѣ, Іени-кей, Базарджикѣ, пожаръ въ Варнѣ, прибытіе въ Крымъ. Онъ участвовалъ въ сраженіи при Альмѣ и траншейныхъ работахъ противъ Севастополя, въ сраженіяхъ при Инкерманѣ и Балаклавѣ, въ осадныхъ стычкахъ при взятіи Зеленаго холма, въ неудачномъ штурмѣ 18 го іюня, въ побѣдѣ при Черной, взятіи Малахова кургана и въ Киибурнской экспедиціи. Книга изобилуетъ анекдотами, особенно относящимися къ самымъ любез нымъ отношеніямъ между офицерами враждебныхъ армій въ короткіе про­ межутки перемирій. Любопытны характеристики отдѣльныхъ лицъ, какъ капитана Бирюлева, генерала Фальи, проницательность и хладнокровіе ко­ тораго авторъ уже черезчуръ превозноситъ, также какъ и Пелиссье за его энергію и твердую волю. Не думаемъ также, чтобы солдаты жалѣли и даже плакали о маршалѣ Сѳнт-Арно, этомъ бѳ.здарномъ авантюристѣ. О принцѣ Наполеонѣ авторъ отзывается также черезчуръ снисходительно. Онъ пори­ цаетъ его за роль фрондера, которую тотъ разыгрывалъ въ арміи, и за рѣзкое осужденіе военныхъ операцій, какое принцъ позволялъ себѣ въ при­ сутствіи субалтернъ-офицеровъ. Гербе говоритъ даже, что если принцъ оста­ вилъ армію, то потому именно, что ему не давали въ ней прерогативъ, при­ личныхъ его званію, и что всякій на его мѣстѣ поступилъ бы точно также, но что онъ храбро дрался при Альмѣ и Инкерманѣ,—послѣднее утвержденіе весьма сомнительно. Не мало разсѣяно въ книгѣ анекдотовъ и о солдатахъ; такъ, авторъ разсказываетъ, какъ маленькій, тощій капралъ Машера бро­ сился на огромнаго, плечистаго русскаго солдата, и тотъ, обезоруживъ ка­ прала, взялъ его подъ мышку и унесъ въ плѣнъ. Авторъ удивляется смѣ­ лости француза, но, кажется, и смѣлость русскаго въ этомъ случаѣ не меньше. Плѣннику было разрѣшено писать къ своей семьѣ, и авторъ по­ чему-то удивляется этой «наградѣ за его храбрость». Неужели и такое про­ стое позволеніе надо считать необычайною наградою? — Извѣстный знатокъ русскаго языка Луи Леже въ «Ееѵие critique d’liistoire et de litterature» разбираетъ отчетъ II отдѣленія пашей академіи наукъ за пятьдесятъ лѣтъ его существованія и первый выпускъ новаго академическаго словаря. Странно, что критикъ, составившій много дѣль­ ныхъ статей о Россіи, высказываетъ въ своей оцѣнкѣ ошибочныя и поверх­ ностныя сужденія. Такъ, онъ говоритъ, что «россійская академія», осно­ ванная въ 1783 году Екатериною II, была присоединена къ академіи наукъ въ 1841 г. Николаемъ I, потому что подъ предсѣдательствомъ «фантазера» адмирала Шишкова уклонилась отъ своей первоначальной цѣли и не сумѣла принять ни открыто литературнаго, ни ученаго характера. Отношенія на-