Исторический вестник. Том XLIX.

----- Гоголь, какъ историкъ ----- 407 ПИСЬМО Гоголя къ Максимовичу не имѣло въ глазахъ Гоголя ни­ какого особеннаго н р авственн аго значенія, а онъ просто указы­ валъ въ немъ на обычный въ сношеніяхъ съ чиновниками пріемъ, служитъ письмо его къ Максимовичу отъ 1-го іюля 1834 г., въ ко­ торомъ онъ проситъ похлопотать объ опредѣленіи въ Кіевскій округъ одного изъ пріятелей своихъ, Шаржинскаго, и при этомъ даетъ точно такой же по смыслу совѣтъ о томъ, какъ надо говорить съ Брадке объ этомъ дѣлѣ (стр. 40 и 42). Въ такомъ же смыслѣ даетъ онъ совѣты и Пушкину, прося его похлопотать о кіевской каѳедрѣ передъ С. С. Уваровымъ («Русскій Архивъ» 1880 г., II, 512). Оче­ видно, въ совѣтахъ этихъ выразился выработанный Гоголемъ пріемъ для сношеній съ оффиціальными лицами, и слѣдовательно они не имѣютъ никакого личн аго отношенія къ самому Гоголю. Брадке, впрочемъ, не особенно противился появленію Гоголя на кіевской каѳедрѣ. Онъ только не хотѣлъ поручить ему чтеніе все- обпіей исторіи, для которой именно и пригласилъ Цыха; Гоголю же предоставлялъ лекціи по русской исторіи. Это приводило Го­ голя въ отчаяніе, и онъ писалъ по этому поводу Максимовичу (28-го мая 1834 г.): «Мои обстоятельства очень странны: Сергѣй Семеновичъ (Уваровъ ) д аетъ мнѣ э к с т р а о р д и н а р н а г о про­ ф ессора и деньги на подъемъ, но, однако-жъ, ничего этого не вы­ пускаетъ изъ рукъ и держитъ меня, не знаю для чего, здѣсь, то­ гда какъ мнѣ нужно дѣйствовать и ѣхать. Между тѣмъ Б р а д к е пиш етъ ко мнѣ, что не угодно ли мнѣ в з я т ь к аѳ едру рус ­ ской истор іи , что сіе де прилично занятіямъ моимъ, тогда какъ онъ самъ обѣщалъ мнѣ, бывши здѣсь, что всеобщая исторія не бу­ детъ занята до самаго моего пріѣзда, хотя бы это было черезъ годъ. А теперь, вѣрно, ее отдали этому Цыху, котораго принесло, какъ нарочно. Право, странно они воображаютъ, что различіе предметовъ это такая маловажность, и что кто читалъ словесность, тому весьма легко преподавать математику или врачебную науку, какъ будто пирожникъ для того созданъ, чтобы тачать сапоги. Я съ ума сойду, если мнѣ д а д у т ъ русскую исторію» (стр. 34). Дѣло въ томъ, что русская исторія вовсе не интересовала Го­ голя, и онъ ничего въ ней не видѣлъ, кромѣ скуки. «Чортъ возьми, если бы я не согласился взять скорѣе ботанику или патологію, нежели русскую исторію,—писалъ онъ Максимовичу 10-го іюня 1834 года,— если бы это было въ Петербургѣ, я бы, можетъ быть, взялъ ее, потому что здѣсь Я' готовъ, пожалуй, два раза въ недѣлю на два ч а с а отдать себя скукѣ» (стр. 36—37). Пока шли эти переговоры о Кіевѣ, П о годинъ въ дли н н ом ъ письм ѣ пр едлож илъ Гоголю п ро си ть с я ад ъю н к т ом ъ ис­ тор іи въ М о сковск ій ун и в ер си те тъ . Но Гоголь отвѣтилъ (23-го іюня 1834 г.): «Письмо твое, противъ обыкновенія довольно обширное (вся 16-я доля листа была исписана кругомъ), я полу-