Исторический вестник. Том XLIX.

368 ----- П-Ш. Шубинскій ----- Въ такомъ цвѣтущемъ состояніи засталъ Трансоксанію и ея столицу 1220 годъ, имѣвшій для нея роковое значеніе. Геніальный хищникъ Чингисъ-ханъ, изъ глубины своихъ не­ обозримыхъ степей, давно уже обратилъ алчные взгляды на цвѣ­ тущую и богатую Трансоксанію. Ея великолѣпные города и села несмѣтныя сокровища изъ серебра и золота, дорогія ткани, роскош­ ная зелень садовъ и обиліе текущей воды, о чемъ онъ зналъ черезъ купцовъ и многочисленныхъ лазутчиковъ, не могли не воз­ будить чувства завистливой алчности въ этомъ варварѣ и его мон­ голахъ, принужденныхъ довольствоваться скудной жизнью кочевни­ ковъ въ безплодныхъ и сухихъ степяхъ сѣверо-восточной Азіи. Движимый этими чувствами и той страшной стихійной силой, ко­ торая, со временъ Алариха и Атиллы, толкала полчища варваровъ на путь великаго переселенія народовъ, Чингисъ выступаетъ въ 1218 году противъ Бухары съ арміей въ 600,000 человѣкъ и бук­ вально обращаетъ этотъ городъ и всю страну въ груды развалинъ ^). Войска эмира Магомета были почти поголовно истреблены, а самъ онъ, принужденный бѣжать изъ своихъ владѣній, кончаетъ жизнь въ сумасшествіи. Жители столицы и большей части бухарскихъ городовъ перебиты или обращены въ рабство. Ограбивъ страну почти дотла, монголы постарались, уходя обратно, истребить все то, что они не въ состояніи были захватить съ собой. Не доволь­ ствуясь этимъ, Чингисъ уводитъ въ Монголію всѣхъ нсителей, ко­ торые представляли хотя какой нибудь интересъ въ его глазахъ. Уцѣлѣвшіе солдаты арміи Магомета должны были стать подъ его знамена. Искусные зодчіе, художники и садоводы отправлены на далекій востокъ, чтобы украсить монголо-китайскую резиденцію завоевателя; знаменитыхъ же ремесленниковъ, между которыми славились ткачи щелковыхъ и льняныхъ матерій, онъ раздарилъ своимъ женамъ и родственникамъ, какъ искусныхъ рабовъ. Только немногимъ удалось избѣжать плѣна или смерти, и когда одинъ изъ бѣглецовъ прибылъ въ Хорасанъ и былъ спрощенъ объ участи сво­ его роднаго города, то онъ отвѣтилъ слѣдующимъ сжатымъ, впо- Вотъ какъ описываетъ историкъ Ибнъ-Уль-Атгыръ достопамятный въ лѣтописяхъ таджикскаго народа день разрушенія Бухары войсками Чингиса, <Только и слышны были, что стоны и вопли мужей, женъ и дѣтей, на вѣки разлучаемыхъ. Варвары безчестили женъ и дѣвицъ предъ глазами ихъ родныхъ, которымъ въ безсиліи оставались оружіемъ однѣ слезы. Не только были разбиты всѣ дома и похищенгл огромныя сокровища, но ярость грабителей не щадила далсе ничего не стоящихъ на видъ священныхъ предметовъ: кораны были изорваны и разбросаны подъ ноги вьючнымъ животнымъ, вмѣсто соломы, а ивъ ларей, гдѣ сохранялись священныя книги, сдѣланы корыта для корма лоша­ дей. Почтенные шейхи и муллы, бывшіе звѣздами учености, долясны были при- слуя;ивать пирующимъ солдатамъ, или служить потѣхой для монгольскихъ му­ дрецовъ, а выс.окочтимые священники смотрѣть за мулами, какъ конюхи» (Вам- бери, «Исторія Вохары», т. I, стр. 142—154).