Исторический вестник. Том XLIX.

348 ------Воспоминан ія А. А. А л ек сѣ ев а ---------- для выраженія благодарности. Очевидцы говорили, что во все время обѣда Мартыновъ, благодаря своей природной скромности, чувство­ валъ себя такъ неловко, что, казалось, глядя на него, онъ не мо­ жетъ дождаться окончанія всѣхъ этихъ овацій, чтобы удрать по­ скорѣе домой. Александръ Евстаѳьевичъ возвратился домой крайне растроган­ нымъ и нѣсколько охмелѣвшимъ. Собравъ въ кружокъ жену и дѣ­ тей, онъ со слезами на глазахъ сталъ разсказывать имъ, какъ че­ ствовали его знаменитые литераторы. — Очень хорошо тамъ у нихъ, все время за мое здоровье пили,— произнесъ Мартыновъ въ заключеніе,—желали со мной въ дружбѣ быть, говорили мнѣ похвалы, но я, всетаки, сбѣжалъ отъ нихъ къ вамъ, мои дѣтки, хотѣлось скорѣе придти и повѣдать, какъ любятъ вашего отца... И впослѣдствіи всегда вспоминалъ Мартыновъ объ этомъ обѣдѣ съ благоговѣніемъ и особою гордостью. Авторъ удачныхъ пьесъ «Женихъ изъ долговаго отдѣленія» и «Не въ деньгахъ счастье», Иванъ Егоровичъ Чернышевъ, даровитый драматургъ и очень посредственный актеръ, написалъ новую драму «Отецъ семейства», которую взялся поставить въ свой бенефисъ Мартыновъ. Роль себѣ взялъ бенефиціантъ, не соотвѣтствующую своему амплуа, а именно Турбина, не заключавшую въ себѣ ни одного комическаго штриха, а проявлявшую въ каждомъ словѣ и жестѣ черствость, грубость, деспотизмъ. Однако, онъ ее сыгралъ такъ, что всѣ безусловно признали его большимъ драматическимъ актеромъ. При представленіи этой драмы публика забывала вели­ чайшаго комика Мартынова, — предъ нею стоялъ несимпатичный домашній тиранъ Турбинъ, мучащій всѣхъ и вся и доведшій до могилы своего сына. Самые нечувствительные зрители не могли ^ удержаться отъ слезъ, и весь театръ рыдалъ, какъ одинъ человѣкъ, созерцая высоко-талантливую прочувствованную игру Александра Евстаѳьевича. Это первый примѣръ въ лѣтописяхъ русскаго театра, — впро­ чемъ не только русскаго, но и европейскаго, — чтобы одинъ чело­ вѣкъ былъ такъ богато одаренъ талантами, противоположными другъ другу. Комикъ и трагикъ—это нѣчто несовмѣстимое, между тѣмъ Мартыновъ совмѣщалъ въ себѣ эти двѣ крайности и былъ одинаково превосходенъ какъ въ одномъ, такъ и въ другомъ. Послѣднею ролью Александра Евстаѳьевича была роль Тихона въ драмѣ Островскаго «Гроза». Послѣднимъ его выходомъ былъ первый бенефисъ Фанни Александровны Снѣтковой 3-й, состояв­ шійся на Ѳоминой недѣлѣ 1860 года. Въ ея бенефисъ повторялась въ одиннадцатый разъ «Гроза», надѣлавшая много шуму при сво­ емъ появленіи на сценѣ. Бенефисъ Снѣтковой, очень талантливой актрисы и всеобщей любимицы публики, былъ удостоенъ посѣще-