Исторический вестник. Том XLIX.

310 А. И. Леманъ III. Лѣто скоро промелькнуло. Въ сентябрѣ разнеслась въ Вильнѣ вѣсть о «битвѣ подъ Можайскомъ». Побѣда Наполеона была пышно отпразднована. Вскорѣ послѣ того Бассано получилъ извѣстіе о взятіи Москвы. Затѣмъ пришли письма о пожарѣ, уничтожившемъ эту столицу. Слухи и толки о дальнѣйшихъ успѣхахъ Наполеона принимали сказочные размѣры. Вся Вильна съ тревогой и недо­ умѣніемъ ждала, что будетъ дальше. Но затѣмъ наступило за­ тишье. Всѣ вѣсти, доходившія изъ главной квартиры, тщате.льно скрывались. День шелъ за днемъ, и обыватели стали вновь успо- коиваться. Между тѣмъ погода круто измѣнилась. Тихая прекрасная осень особенно долго стояла въ этомъ году. Но вотъ подулъ сѣверово­ сточный вѣтеръ, начались морозы, повалилъ снѣгъ, и сразу стала зима. Наконецъ, всякое сообщеніе съ главной арміей было прервано. Во многихъ мѣстахъ, въ тылу ея, появились казачьи отряды. Тревожные, смутные слухи вновь проникли въ городъ. Супруга маршала Удино, герцогиня •-де-Реджіо, пріѣхала въ Вильну, чтобы ухаживать за привезеннымъ туда своимъ ранен­ нымъ мужемъ. Одной изъ польскихъ дамъ, у которой братья были въ великой арміи, она сказала; — Ваше горе еще впереди. Мы разбиты. Изъ знатныхъ поляковъ первымъ, прибывшимъ изъ дѣйствую­ щей арміи, былъ графъ Михайло,.Бжостовскій. Онъ оставилъ На­ полеона въ Смоленскѣ и не могъ проѣхать черезъ Минскъ, ко­ торый былъ уже занятъ русскими. Онъ разсказывалъ неслыханныя вещи о великой арміи, обратившейся, по его словамъ, въ безпоря­ дочную толпу лагернаго сброда. — Это что-то невыразимое, въ родѣ карнавала въ Венеціи. Отъ арміи не осталось и слѣда,—говорилъ онъ. Герцогъ Бассано попросилъ его сократить эти разсказы. Но это не помогло, потому что мало-по-малу офицеры и шляхтичи стали прибывать въ Вильну. Ихъ жалкій видъ, рваная одежда, изможденныя лица возбуждали состраданіе и невольную тревогу объ участи города. Но полиція принимала всѣ мѣры, чтобы скрыть печальную истину. Раненыхъ помѣщали въ Закретѣ, гдѣ устроили временный госпиталь. Всѣ частныя письма и сообщенія изъ арміи задерживались. Однако наиболѣе предусмотрительные изъ передавшихся фран-* цузамъ литовскихъ и польскихъ магнатовъ начали мало-по-малу уѣзжать изъ города. Большая часть направлялась въ Варшаву и Краковъ. Прощаясь, они спрашивали другъ друга: «гдѣ и какъ мы увидимся?»