Исторический вестник. Том XLIX.

вѣчала посланнику; «Remerciez sa Majeste Ішрёгіаіе de се qu’elle a daigne ecrire a une enfant» (благодарите его императорское ве­ личество, что онъ удостоилъ ребенка письмомъ). Мысль перемѣнить свой законъ на грекороссійскій долго ее озабочивала; извѣстясь, что сіе есть необходимое условіе ея брака, она горькго плакала, но, прійдя въ себя, сказала съ твер­ достью: «Я рѣшаюсь на перемѣну религіи, потому что сіе же самое сдѣлала одна принцесса моего дома, которую можно почесть при­ мѣромъ христіанскихъ добродѣтелей». Она разумѣла подъ симъ императрицу Марію Ѳеодоровну. Король виртембергскій ожидалъ наслѣдника, но супруга его родила дочь, чѣмъ король былъ очень опечаленъ; однако же невѣстѣ Михаила Павловича совѣтовали идти поздравить короля съ ново­ рожденною. «Какими глазами, — отвѣчала она, — приметъ король отъ меня поздравленіе; ему нельзя будетъ не вспомнить, что я дочь принца Павла». Для вразумленія сего надобно знать, что за не­ имѣніемъ у короля дѣтей мужскаго пола наслѣдникомъ престола долженъ быть отецъ ея, принцъ Павелъ. Меня также пригласили въ Гатчину на 12-е октября, и когда великій князь Михаилъ Павловичъ представилъ меня своей не­ вѣстѣ, то она сказала мнѣ, «что ей извѣстно, что я долгое время нахожусь при государѣ, что я бывалъ съ нимъ въ ПІтутгартѣ», и тому подобное, доказывающее, что она и мнѣ приготовила при­ вѣтствіе. Послѣ представленія былъ обѣдъ и вечерній балъ, и такъ какъ съ нѣкотораго времени императрица и великіе князья смо­ трѣли на меня не такими глазами, какъ прежде, то я болѣе зани­ мался съ иностранцами, бывшими въ Гатчинѣ, которые обходи­ лись со мною съ тѣмъ же уваженіемъ, которое мнѣ показывали въ тѣ годы, когда дворъ обращалъ на меня нѣкоторое вниманіе. Между иностранцами находились сынъ короля прусскаго Фридриха и нѣсколько прусскихъ и виртембергскихъ чиновниковъ. Въ исходѣ октября государь возвратился изъ путешествія въ Петербургъ, и для меня началась обыкновенная придворная жизнь, то-есть, что мнѣ надобно было пріѣзжать ежедневно по утру во дворецъ и проводить тамъ нѣсколько часовъ въ такъ называемой секретарской комнатѣ. Насъ рѣдко бывало менѣе двадцати или тридцати человѣкъ, иногда, а особенно въ праздничные дни, соби­ ралось и до шестидесяти. Это было самое отборное общество въ Россіи, потому что въ числѣ обыкновенныхъ посѣтителей находи­ лись именитые генералы, генералъ-губернаторы, пріѣзжавшіе въ Петербургъ, и наконецъ адъютанты императора. Тѣ, которые по­ жалованы были въ сіе званіе во время войны или вскорѣ послѣ оной, пріобрѣли вензеля государя, носимые ими на эполетахъ, ка­ кимъ либо отличіемъ, а другіе, которые пожалованы были въ по­ слѣдніе годы, обязаны были за то или знатности породы, или за- Запискй А. И. Михайловскаго-Данилевскаго 303