Исторический вестник. Том XLIX.

298 Записки А. И. Михайловскаго-Данилевскаго ческому священнику: иностранцы почитаютъ и говорятъ, что будто бы я врагъ иностранцевъ. Вы служитель алтарей Господ­ нихъ, вы иностранецъ, и вы отъ имени умершаго иностранца по­ даете билетъ ко спасенію многочисленнаго разореннаго моего се­ мейства, всѣми оставленнаго и забытаго въ той самой Россіи, ко­ торую я славлю и величаю 30 лѣтъ. Если бы кто изъ русскихъ вызвался мнѣ помочь, то-есть избавить отъ голодной смерти мою жену и шестерыхъ дѣтей, то я не принялъ бы помощи отъ ино­ странца. Но вопли мои, вопли бѣднаго разореннаго отца семей­ ства, тщетно доносились къ вельможамъ государственнымъ. Никто не внималъ. Лютая бездна готовилась поглотить мое семейство, и вдругъ Провидѣніе избираетъ иностранца къ спасенію жены и бѣдныхъ моихъ шестерыхъ дѣтей! Не самъ ли Богъ возвѣщаетъ, что сердце издателя «Русскаго Вѣстника> никогда не питало и искры нелюбви и ненависти ни къ одному смертному, живущему на лицѣ земли. Да и что мнѣ любить въ Россіи? Развѣ ту сажень земли, которая успокоитъ меня отъ непрестанныхъ бурь тружени­ ческой жизни? «Такъ говорилъ я и потомъ прибавилъ: «но я истинно люблю и царя, и отечество, и соотечественниковъ. Они ближе ко мнѣ дру­ гихъ людей, имъ болѣе и добра желаю. Богъ, самъ Богъ создалъ любовь къ отечеству; сею первородною любовію крѣпитъ онъ союзъ любви сердецъ нашихъ къ человѣчеству. Но любовь иску­ шается скорбію, злополучіемъ, несказанными бѣдствіями жизни. Любовь моя къ отечеству проходила и проходитъ еще сіе бурное поприще. Вотъ моя исповѣдь. Теперь уже ни иностранцы, ни мои неласковые ко мнѣ соотечественники не могутъ разглашать, что я будто бы подкупленъ въ любви къ отечеству. Вы, служитель алтарей Господнихъ, вы—свидѣтелемъ, что издатель «Русскаго Вѣстника» и сочинитель русской исторіи есть бѣднѣйшій отецъ семейства въ Россіи. А безъ того онъ не принялъ бы пособія, ко­ торое вы мнѣ вручаете». «Больно, очень больно это сносить, но кто осмѣлится въ цѣлой Россіи сказать милосердому царю о состояніи того семейства, ко­ тораго мать въ 1812 году отдала и золотыя и брилліантовыя вещи, чтобы содѣйствовать къ обмундированію бѣдныхъ чиновниковъ, поступавшихъ въ ополченіе! Кто о сей жертвѣ доложитъ тому ангелу императору, который душевныя жертвы принимаетъ съ ангельскимъ чувствіемъ». Отъ 17-го іюня 1824 года. «Герою И генералу. «Герой и генералъ! «Кого люблю душею. «За что я позабытъ тобою? «Но я тебя не забывалъ.