Исторический вестник. Том XLIX.

274 И. Н. П о т а п е н к о тореннымъ путямъ задвигались мертвые формалисты, какъ это было и, должно быть, будетъ во всякомъ дѣлѣ... У меня и моихъ сверст­ никовъ лучшія школьныя воспоминанія—это о тѣхъ самыхъ лю­ дяхъ, при одномъ взглядѣ которыхъ мы прежде дрожали... Ынѣ остается разсказать еще печальную судьбу моего друга Пичужки. Когда въ бурсѣ была объявлена перемѣна, онъ какъ-то живѣе всѣхъ почувствовалъ какую-то непонятную радость. Его дѣй­ ствительно, какъ онъ это и предчувствовалъ, скоро удалили изъ хора, и онъ поступилъ на казенное содержаніе. Воспитанниковъ содержали не Богъ знаетъ какъ важно, но кормили сытно и одѣ­ вали прилично. Пичужко ощутилъ въ своей груди страстное стре­ мленіе къ наукѣ и съ величайшимъ рвеніемъ сталъ учиться. Онъ не разставался съ книгой и достигъ того, что въ половинѣ года его считали первымъ въ классѣ. Дружба наша не ослабѣвала. Мы часто видѣлись, и онъ постоянно убѣждалъ меня побольше учиться, но я еще не умѣлъ тогда хорошо слѣдовать его совѣту и учился довольно лѣниво. Это его возмущало и бѣсило. У него была какая-то особенная гордость по отношенію ко мнѣ, и ему казалось, что моя лѣность близко его касается и оскорбляетъ его. Но къ концу года сбылось и другое предчувствіе Пичужки. С;лабый отъ природы, страшно впечатлительный, натерпѣвшійся и настрадавшійся при прежнихъ порядкахъ, онъ не выдержалъ уси­ ленныхъ занятій и слегъ въ больницу. Пичужко и тутъ не покидалъ книгъ, стараясь идти наряду съ классомъ и боясь потерять свое первенство. Онъ мечталъ о томъ, какъ бы выздоровѣть къ экзамену, чтобъ съ торжествомъ перейти въ третій классъ. По мечты его были напрасны. Онъ таялъ съ каждымъ днемъ, и мнѣ пришлось при(У 5 'тствовать при его послѣд­ немъ вздохѣ. Я не могу забыть того страшнаго момента, когда мой бѣдный Пичуга, до того времени все еще мечтавшій объ экзаме­ нахъ, говорившій съ блаженной улыбкой о томъ, какъ онъ кончитъ семинарію, пойдетъ въ академію и будетъ ученымъ человѣкомъ, вдругъ понялъ, что ничему этоігу осуществиться не суждено, по­ нялъ, что всему конецъ, что онъ умираетъ... Его исхудалое лице выражало безсильное отчаянье, онъ вытянулся, откинулъ голову, и страшная мука изобразилась въ его глазахъ... Я не выдержалъ, закрылъ лице руками и зарыдалъ... Мы похоронили Пичужку на Ѳоминой недѣ.тѣ. Въ эту Пасху я не ѣздилъ въ деревню, а всю просидѣлъ у постели моего друга... И. П отапенко .