Исторический вестник. Том XLIX.

236 H. И. Мердеръ — Да. Но врядъ ли портретъ этотъ уцѣлѣлъ. — Непремѣнно уцѣлѣлъ,—объявила Нолипька.—Все, что при­ надлежало Александру Васильевичу, остается въ сохранности. Онъ очень хорошо рисовалъ, и портретъ, навѣрное, вышелъ похозкъ. Марсза Александровна хранитъ всѣ его работы; каждый его рису­ нокъ, каждая исписанная бумажка, все это у нея прибрано и за­ перто на ключъ, все, все, до послѣдняго силуэта. — Хоть бы мнѣ дали взглянуть на этотъ портретъ!—сказалъ онъ со вздохомъ. — Вамъ его совсѣмъ должны отдать. Вамъ долдгны отдать все, что принадлежало вашему отцу. Все будетъ ваше, домъ, со всѣмъ, что въ немъ есть... У васъ будетъ одинъ изъ красивѣйшихъ до­ мовъ въ Петербургѣ, Григорій Александровичъ. Вамъ его, вѣрно, ужъ показывали? — Да, мы разъ какъ-то проходили съ Бутягинымъ по набе- ренсной Мойки... — Какъ красивъ фасадъ!—продолжала Полинька, не вслуши­ ваясь въ его отвѣты.—Окна съ зеркальными стеклами и съ мра­ морными барельефами. Надъ воротами мраморный ш,итъ съ ва­ шимъ гербомъ, а по обѣимъ сторонамъ крыльца бронзовые львы. Очень ве:шчественно. А если-бъ вы знали, какъ хорошъ дворъ! Посреди фонтанъ, окруженный цвѣтникомъ. Строенія всѣ, до по­ слѣдней людской бани, каменныя. А позади чудесный садъ. Въ немъ лѣтомъ, въ самый сильный жаръ, прохладно и пахнетъ цвѣ­ тами. И пропасть рѣдкихъ деревьевъ. Все это будетъ ваше, Гри­ горій Александровичъ. У нихъ, говорятъ, и дача очень хороша. Она стоила больше ста тысячъ, оранжереи, теплицы... Григорій слушалъ, какъ очарованный. Въ воображеніи его мелькали видѣнія, одно другаго обаятельнѣе. Онъ видѣлъ себя въ этомъ саду съ Соней, и все, что окрунсало ихъ, принадлеясало имъ, все, все. — Въ домѣ тридцать барскихъ комнатъ, — распространялась мелсду тѣмъ Полинька. — Больше, чѣмъ у Ратморцевыхъ,—замѣтилъ онъ раздумчиво. — О, гораздо больше! Боротынцевы гораздо богаче Ратморце­ выхъ. Я это отъ самого Александра Васильевича сколько разъ слы­ шала. Онъ очень любилъ говорить про свой родъ, про свою пра­ бабку Марѳу Григорьевну и про то, что послѣ дѣда онъ остался единственнымъ представителемъ фамиліи. Теперь вы являетесь его замѣстителемъ, Григорій Александровичъ. Онъ безнадежно махнулъ рукой. — Никогда этого не будетъ,—вырвалось у него. — Почему? Должно быть, у васъ всѣ права... это только во­ просъ времени,—проговорила она.