Исторический вестник. Том XLIX.

14 Н. И. Мѳрдѳръ — Все равно, скажите,—повелительно произнесла Марта, сдви­ гая брови. Взволнованнымъ голосомъ и всячески стараясь смягчать свои выраженія, передала ей Полинька разсказы іп-Ие Lecage. Ее выслушали съ холоднымъ презрѣніемъ. — Да, именно такъ и доласенъ судить про насъ свѣтъ, люди всегда склонны клеветать на тѣхъ, кому они завидуютъ. Отецъ нашъ никогда не былъ убійцей, Полинька. Вы можете смѣло по­ вторить это всякому, кто позволитъ себѣ позорить его память въ ва­ шемъ присутствіи. Это правда, что онъ женился на маменькѣ, когда его первая жена была еш;е жива, но одинъ только Богъ можетъ его за это судить, — продолжала она, торжественно возвышая го­ лосъ. — Правда также и то, что проявился молодой человѣкъ, ко­ торый изъявляетъ претензіи на наше имя и состояніе, подъ тѣмъ предлогомъ, что онъ, будто бы, сынъ первой жены нашего отца, но это надо еще доказать, — прибавила она, сдвигая брови. А затѣмъ она прибавила, съ рѣзкостью отчеканивая слова: — Вотъ и все, остальное — ложь и клевета. — Я слышала, что г. Ратморцевъ принимаетъ участіе въ этомъ молодомъ человѣкѣ,—позволила себѣ замѣтить Полинька. Брови Марты сдвинулись еще ближе, и въ глазахъ ея сверкнулъ гнѣвъ. — А! унсъ вамъ и это извѣстно! — вымолвила она съ горькой усмѣшкой. А затѣмъ, подавивъ порывъ запальчивости, она прибавила съ холодною сдержанностью: — Очень можетъ быть, что Ратморцевы принимаютъ участіе въ этомъ молодомъ человѣкѣ. Никто имъ этого запретить не мо­ жетъ, у каждаго свои убѣжденія. И, чтобъ дать понять своей бывшей пріятельницѣ, что распро­ страняться объ этомъ предметѣ она больше не желаетъ. Марта круто повернула разговоръ на другую тему, предложила ей взять на лѣто тѣ книги изъ библіотеки, которыя она хотѣла прочесть, и стала разспрашивать ее про ихъ деревушку: есть ли у нихъ садъ при домѣ, много ли у нихъ сосѣдей и тому подобное. На вопросы эти Полинька, невольно подчиняясь ея волѣ и мысленно дивясь своей покорности, отвѣчала безъ раздраженія и досады, именно какъ желала ея собесѣдница. Но это было только повидимому, душа ея была полна горечи и разочарованія. Да, смерть отца измѣнила Марту, или, лучше сказать, заста­ вила вдругъ развернуться тѣ прирожденныя свойства ума и ха­ рактера, которыя, можетъ быть, при другихъ обстоятельствахъ еще долго дремали бы въ ея душѣ. Такъ или иначе, но послѣ этого свиданія, дѣвица Ожогина не