Исторический вестник. Том XLIX.

------ Послѣдній изъ Воротынцѳвыхъ 9 Васильевичемъ, повидимому, въ самую послѣднюю минуту: чер­ нила не успѣли еще просохнуть и на столѣ виднѣлись слѣды песку, которымъ они были засыпаны. Одно изъ этихъ дополненій относилось къ Михайлѣ съ женой: баринъ давалъ имъ вольную. Содержанія письма, оставленнаго ей. Марта никому не со­ общила. Она прочитала его запершись въ своей спальнѣ на­ верху, и когда потомъ сошла внизъ, лице у нея было точно ка­ менное. Глаза, пролившіе столько слезъ за послѣднее время, были сухи и горѣли лихорадочнымъ блескомъ. Изъ почернѣвшихъ губъ вылетало отрывистое дыханіе, голосъ измѣнился, звучалъ глубже. Приказанія, раздаваемыя ею направо и налѣво, не задумываясь и самоувѣренно, она произносила отрывисто, кратко и ясно, точно уже впередъ выучила ихъ наизусть. Вышло такъ, что, не совѣтуясь между собой и не разсуждая, весь многочисленный людъ, наполнявшій Воротынцевскій домъ, безъ малѣйшаго колебанія призналъ въ барышнѣ полновластную госпожу по смерти барина. Всѣ шли къ ней за прика.чаніями. Она объявила, что отецъ завѣщалъ похоронить его въ Иблочкахъ, и назначила, кто изъ людей поѣдетъ провожать тѣло. Принимая толпу родственниковъ и знакомыхъ, спѣшившихъ отдать послѣдній долгъ покойнику и выразить соболѣзнованіе семьѣ его. Марта всѣмъ и каждому повторяла, что отецъ ея скон­ чался отъ разрыва сердца. Это подтверждалъ и ихъ домашній докторъ, съ которымъ она имѣла продолжительное совѣщаніе раньше, чѣмъ вѣсть о внезап­ ной смерти Александра Васильевича разнеслась по городу. Полинька узнала о несчастій, постигшемъ ея пріятельницу, до­ вольно поздно. Наканунѣ она весь день напрасно ждала, чтобъ за нею прислали, а когда и на слѣдующій день ни экипажа, ни ка­ зачка съ запиской отъ Марты къ ней не явилось, она забезпо- коилась и рѣшила сама поѣхать посмотрѣть, что у нихъ дѣлается. Улсъ подъѣзжая къ дому, ее удивилъ необычайно большой съѣздъ экипажей, въѣзжавшихъ во дворъ, черезъ настежь растворенныя ворота, а когда она увидѣла снующую въ мрачномъ молчаніи взадъ и впередъ прислугу, когда она вглядѣлась въ блѣдныя, испуганныя лица казачковъ и лакеевъ, попадавшихся ей на встрѣчу въ то время, какъ она поднималась по крутымъ, каменнымъ сту­ пенямъ параднаго крыльца, жуткое предчувстіе чего-то страшнаго наполнило ей душу. «Кто у нихъ умеръ? — спрашивала она себя въ ужасѣ: — не­ ужели Марѳа Александровна? >. Но вопросы эти она не осмѣливалась предлагать пробѣгавшимъ мимо нея людямъ, страшно было услышать подтвержденіе догадки. И вдругъ, занимая громадное мѣсто въ пустомъ пространствѣ, такое громадное, что впродолженіе нѣсколькихъ минутъ она, кромѣ его.