Исторический вестник. Том XLIX.

124 П. П. Шубинскііі ствшми администраціи почти не существовало, да онъ и не могъ быть съ успѣхомъ примѣненъ на практикѣ, такъ какъ эмиру при­ шлось бы выбирать контролирующихъ лицъ изъ того же тѣсно спло­ ченнаго и одушевленнаго одной общей идеей сословія сипаевъ, ко­ торое представляло собой правильно-организованную и созданную историческимъ путемъ прочную систему взяточничества, лихоим­ ства и хищеній. Между тѣмъ, цѣлый рядъ войнъ, веденныхъ въ первый періодъ царствованія Ыозафаръ-Эддина, значительно подорвалъ экономиче­ ское благосостояніе страны. Бухарскій народъ бѣднѣлъ съ каждымъ днемъ, торговля падала, и цѣлыя области пустѣли, будучи оста­ вляемы жителями, которые эмигрировали въ предѣлы Русскаго Туркестана, въ Кашгарію, Авганистанъ, или просто бросали свои земли, переселяясь въ города, гдѣ являлись первыми піонерами нарождающагося въ странѣ народнаго пролетаріата. Наряду съ этимъ, Бухара сдѣлалась опорнымъ пунктомъ для эмиграціи изъ Русскаго Туркестана всѣхъ вредныхъ элементовъ общества, въ видѣ фанатическаго духовенства и дервишества, не нселавшаго примириться съ новымъ порядкомъ вещей, а также остатковъ бухарской и кокандской арміи и ханскихъ чиновниковъ, которымъ новый порядокъ не оставлялъ мѣста. Весь этотъ сбродъ, очистивъ Русскій Туркестанъ, потянулся въ священную Бухару, которая гостепріимно отворила ему свои ворота, удручая въ то же время страну содержаніемъ цѣлыхъ тысячъ непроизводительныхъ и безпокойныхъ тунеядцевъ. Содержаніе бухарской арміи, которую Мозафаръ-Эддинъ упорно отказывался распустить, или сократить хотя на половину, тяже­ лымъ бременемъ лежало на финансахъ страны. Представляя собой подобіе опереточнаго войска, совершенно непригоднаго для боевыхъ цѣлей, армія эта, въ то же время, поглощала ми.лліоны на свое со­ держаніе. Торговля невольниками процвѣтала въ Бухарѣ, наряду съ си­ стемой всевозможныхъ административныхъ и судебныхъ злоупотре­ бленій, произвола, доносовъ, пытокъ и звѣрскихъ казней. Семья покойнаго эмира враждовала между собой, ожидая лишь его смерти, чтобы начать цѣлый рядъ интригъ и междоусобій, предотвратить которыя могло только могущественное вліяніе Россіи, а жемчужина бухарскихъ владѣній Шахризябзъ грозилъ отложе­ ніемъ, открыто выражая желаніе лучше перейти въ русское под­ данство, чѣмъ подвергаться разорительному и угнетающему режиму. Задавленный, обобранный и обращенный въ какое-то вьючное животное, народъ глухо ропталъ. Приносившее когда-то колоссаль­ ныя выгоды земледѣліе, промышленность и торговіш падали съ каждымъ днемъ. Всякій спѣшилъ скрыть свой достатокъ отъ хищ­ ническихъ взоровъ ханскихъ чиновниковъ, или переселялся въ