Ильинский Л.Я., Освобожденный Сокол

64 эти приговоры. Крестьяне ходатайствовали о при­ знании этих приговоров недействительными. Од­ нако, влияние Кожина сказалось и здесь, и пото­ му прокурор поступил по басне Крылова—бросил щуку в воду—направил жалобу крестьян тамбов­ скому губернатору. Узнав об этом, крестьяне подали жалобу про- курору Московской судебной палаты. Но оттуда последовал замечательный по своей тупости и бю­ рократичности ответ, что „жалобы на действия должностных лиц должны направляться их на­ чальству"... А „начальство" вот как реагировало на жалобы крестьян. Переданная елецким прокурором тамбовскому губернатору жалоба крестьян на действия земских начальников поступила на рассмотрение Губерн­ ского по крестьянским делам присутствия, кото­ рое стало на чисто формальную точку зрения (надо же было как-нибудь помочь Кожину), и жа­ лоба... „оставлена без последствия за непредставле­ нием поверенными крестьян доверительного при­ говора от общества". Казалось бы, дело простое: собрать сход, соста­ вить приговор и получить доверенность. Но созыв схода и постановление приговора зависело от... тех же земских начальников, на действия которых крестьяне жаловались и потому сход так и не мог состояться. Крестьяне попали в заколдованный круг. Их грабили, жаловаться как будто можно, но бесполезно. Так тянулась эта канитель около 3 лет. Крестьяне жаловались, но их жалобы раз­ бивались о могущество Кожина, влияние которого было распространено далеко за пределами Липец­ кого района. И потому гнуснейшее беззаконие, произвол, грабеж на большой дороге, все сходило Кожину и его присным. А грабеж крестьян был