Евгений Давыдов. Жизнь, отданная музыке.

тогда я прочитывал доносы и забывал о них, прощал зло, причинённое мне. Освобождался от обиды полнос­ тью. Так легче. Если те фамилии сейчас узнают, это све­ дения будут не от меня. Письма хранятся в архивах... Помню, после смерти одного из кляузников я неожидан­ но получил благодарственное письмо от его вдовы. Сначала даже не понял, за что она меня благодарила. А потом догадался: умная женщина воздала мне должное за то, что я ничем не нарушил их жизненного благополу­ чия... Вот эти подметные письма и доносы совершенно меня однажды доконали. До Союза композиторов я за­ нимался исключительно музыкой, а тут вдруг попал в са­ мое болото политической грязи. Но все обиды и потря­ сения приходились таить в себе. И я заболел, превра­ тился в беспомощного человека. Даже не мог ходить... Меня отправили в «Барвиху». 17 суток, проведённых там, я не спал. У меня начались галлюцинации. Меня пичкали снотворным, но я угнетающих лекарств не при­ нимал. Мой организм протестовал против снотворных. В конце концов, меня спасла жена, тайком увезла из са­ натория... Санаторий «Барвиха» в то время был особым учреж­ дением, где на каждом шагу на страже находились гэби­ сты. И всё же наш «союзный» шофёр сумел подъехать к корпусу. Поймав момент, я прокрался к машине и лёг на пол. Клара укрыла меня своими юбками. Охрана маши­ ну пропустила и это меня спасло. Дома меня целый год выхаживали знакомые врачи и жена. Постепенно я окреп, почувствовал в себе силы. Дачи тогда у меня не было. Мы выезжали с женой за го­ род, дышали чистым воздухом и к вечеру возвращались в Москву. Я стал работать... Союз композиторов СССР был тогда мощной орга­ низацией во всех отношениях, в том числе и в матери