Анна Бунина. Неопытная муза

Н е о п ы т н а я м у з а . Ч а с т ь в т о ра я 507 жесткий и щеголеватый, но есть и не худые стихи» (Хвостов. С. 374). Вероятно, послание читалось и на подготовительном за- седании 18 мая 1811 г., о чем также сделал запись Хвостов (Там же). Р. Н. Цебриков, рецензируя чтения, указал: «Послание к Леону, сочинение нашей Сафы, девицы Буниной, прекрасно» (ВЕ. 1811. Ч. 58. № 15. С. 219). Гренады — плоды граната. Зороастров гроб — Где находится могила Заратуштры (Зороастра), точно неизвест- но; в разные времена ее пытались локализовать в Персии, в Аф- ганистане, в Азербайджане и даже на Южном Урале. II. Послание к Леону («Вчерась тебя, Леон! к забавам я скло- няла…») (С. 201). НМ-2. С. 24—29. СС-2. С. 55—60; с разночтениями (см. Другие редакции ). Пропущенное слово в ст. 32 восстановлено по тексту СС-2. Кастальды — музы, названные так по посвящен- ному им Кастальскому ключу; в русской поэзии такое именова- ние муз больше ни у кого не встречается. Пимпла — гора в Бео- тии (Центральная Греция), посвященная музам. Майская прогулка болящей (С. 206). НМ-2. С. 30—33. СС-1. С. 93— 98. Существенно переработанная редакция «Гласа горести» (см. примеч. на с. 517). Одно из самых страстных стихотворений Б. До- вольно подробно разобрано В. К. Кюхельбекером в рецензии на СС-1: «Противуположность, которою уже Жуковский так счастли- во воспользовался в своем Громобое , противуположность цвету- щей, прелестной Природы и растерзанного сердца человеческо- го употреблена с большим искусством. В Прогулке г-жи Буниной: стихи то мрачные и ужасные, то трогательные, живописные и за- думчивые переменяются в сем прелестном произведении, стес- няют душу, исполняют ее жалости и содрогания и противу воли извлекают слезы. Что же касается до слога, он не есть слог но- вейшей поэзии, очищенной трудами Дмитриева, Жуковского, Ба- тюшкова: г-жа Бунина шла своим путем и образовала свой талант, не пользуясь творениями других талантов. <…> Несмотря на не- которые неровности, какая сильная, живая поэзия! Здесь не меч- тательное несчастие унылого юноши, который в существенном мире не нашел того, что может дышать в одном мире фантазии; здесь говорит несчастие истинное голосом боли, голосом отча- яния. <…> Если бы все стихотворения Анны Петровны Буниной в достоинстве равнялись с приведенным здесь, она, без сомнения, занимала бы одно из первых мест между русскими истинными поэтами, хотя и в Прогулке много необделанного, шероховатого,