Анна Бунина. Неопытная муза

« Д е в и ц а А н н а Б у н и н а » 41 в Петербург, где узнала, что после смерти Державина Беседа фактически прекратила свое существование73. 28 мая она ока- зывается в Липецке74, где перед службой в храме, в ожидании приезда императора, Б. знакомится с А. И. Михайловским-Дани- левским, флигель-адъютантом Александра I, оставившим о ней такое воспоминание: «Беседа ея была занимательная, и разго- вор исполнен воображения, но суждения ея были нередко при- страстные, и она придерживалась крайностей; когда мы что-ни- будь вместе читали или разговаривали о какой-либо книге или стихах, то она превозносила их до небес или совершенно уни- жала; во всяком случае, надлежало быть весьма осторожным в мнениях своих, потому что при противоречии она краснела от досады. Несмотря на то, она имела доброе сердце, которое заме- няло телесную красоту, ибо она собою была дурна»75. О том, где находилась и чем занималась Б. вторую половину года76 и весь следующий, никаких сведений нет. В 1819 г. у Б., вероятно, не без участия Шишкова, президента Императорской российской академии, появляется возможность напечатать собрание стихотворений «на академический счет», как тогда говорили; начинается работа над составом и текстами. 73 Вдова Державина отказала беседчикам в помещении. Хотя официаль- но Беседа не распускалась и среди существующих «особых заведений», проходящих по ведомству Министерства народного просвещения, чис- лилась до 1825 г. См.: Месяцослов с росписью чиновных особ, или Об- щий штат Российской империи на лето от Рождества Христова 1825. Ч. 1. СПб., [1825]. С. 602—604. 74 Вероятнее всего, Б. туда приехала не на воды, а навестить И. Ф. Лобко- ва, мужа умершей родственницы и подруги, как раз в это время на свои средства возводившего храм в честь преподобномученицы Евдокии, посвященный памяти его покойной жены. 75 Из воспоминаний Михайловского-Данилевского // Русская старина. 1897. Т. XCI. № 8. С. 352. Там же мемуарист приводит и любопытную за- писку Б., в которой она говорит о положении современной ей литера- туры: «Вы слишком милостивы к моей бедной музе, и я не знаю, ка- кими словами благодарить вас за снисхождение к ней, тем более что российская словесность не обращает на себя внимания ни русских, ни иностранцев, и жалкие наши писатели, хорошие и дурные, сами не зна- ют, для кого пишут, потому что никто их не читает и не покупает» (Там же. С. 352—353). 76 Нет достаточных оснований приписывать Б. перевод с французско- го одноактной драмы С.-Ф. Жанлис «Агарь в пустыне», напечатанный в «Сыне отечества» (1817. Ч. XL. № 37 (14 сент.). С. 170—186), и подписан- ный: Перев. А….. а….. а .