Анна Бунина. Неопытная муза

Н е о с н о в ат е л ь н о й р о п о т п р о т и в у о с е н и 287 теперь от тебя отвращается. Тщетно прислушива- юсь я к твоему журчанию; ты молчишь, и в слух мой, кроме северных ветров, ничто не ударяет. —Шумли- вый каскад, вблизи тебя из каменного утеса упада- ющий в бассейн, рукою природы произведенный, не раздается уже более в воздухе; тот быстрой каскад, к коему при наступлении дня прихаживала я любо- ваться на позлащенные солнцем мелкие водяные брызги, подобно горящим звездам или блестящим алмазам, стремительно сыплющимся в извивистый источник, влекущий светлые струи свои из кипяще- го бассейна в постоянную реку, — и тот самой каскад пал под бременем своего рока! Тщетно мнил он про- тивоборствовать; хладная рука осени коснулась его пенящимся волнам, и оне более не клубятся. Гордый и надменный прежним величеством, с покорностию принимает он невольнические узы и едва лишь дер- зает с робостию, рабству приличною, тихо спускать- ся по ледяным ступеням в малое отверстие, утаенное хрустальною бахромою. Равно и вы, прелестные певцы природы! вы, ми- лые гости садов наших, и вы, устрашенные сурово- стию воздуха, летите прочь к другой весне, к друго- му лету, оставляя осиротевшею высокую липовую аллею, так много прежде сего вами любимую, где под темным сводом густосплетенных веток прята- лись мы, чтобы не спугнуть вас присутствием своим, и внимали в тишине неподражаемому пению ваше- му; или… Но как исчислить удовольствия, в каждом предмете благотворным летом приносимые? Не- счастный, отягченный горестию, при пробуждении своем взирает на алеющуюся зарю, на блестящую росу, на прелестные долины, на тенистые рощи; вни- мает гармонической трели соловья, и мрачные мыс- ли его развлекаются, ароматический воздух осве- жает его сердце, воображение его становится чище, веселее, и душа его вкушает покой. Какой контраст! какое ужасное различие!.. Удар грома заставляет трепетать робкого, но надолго ли? До тех пор, пока раздается в воздухе; угрожая мгно-