Журнал "Беседа". Книга V - Май

42 новыя книги. ИНОСТРАННАЯ ЛИТЕРАТУРА. 2иг ЪоЬшізсЬеп СгезсЫсМзсЬгѳіЪипд. Асіепгааз^і^е Аи^зсЫіізііе иші ^\''огіе (іег АЬ\ѵе1іг. Ѵоіі Ргапг Ра і аску. Рга§. 1871. Новое сочиненіе знаменитаго чешскаго исторіографа главнѣйшимъ обра­ зомъ имѣетъ цѣлью представить столь недостававшій въ чешской лите­ ратурѣ обзоръ національной исторіографіи и познакомить съ тѣми пре­ вратностями, притѣсненіями и задержками, которыя суяедено было выне­ сти первенствующему въ ней труду, «Исторіи чешскаго народа», самого Палацкаго. Раскрывая рядъ любопытныхъ Фактовъ, характеризующихъ пору возрожденія чешскаго движенія, новое произведеніе Палацкаго слу­ житъ, по выраженію чешскихъ газетъ, исторіею его исторі и. Посте­ пенно вырабатывающійся типъ строго историческаго произведенія, отрѣ­ шающійся отъ лѣтописной Формы чуть не въ настоящемъ только,столѣ­ тіи, достигаетъ передъ нами своей законченности; нерасположеніе вла­ стей, преслѣдованія цензуры давятъ всею силой на складывающійся съ несокрушимою энергіею монументальный трудъ; молодой ученый, обра­ тившій на себя вниманіе, какъ редакторъ музейнаго журнала, мало по малу завоевываетъ себѣ прочное мѣсто въ наукѣ, организуетъ поддержку труда самою страной и въ глазахъ централистскихъ властителей стано­ вится исторіографомъ чешскаго королевства . Разсматриваемый съ этой стороны, трудъ Палацкаго имѣетъ важное автобіографическое зна­ ченіе и, конечно, послужитъ цѣннымъ матеріаломъ для его жизнеописанія. Обозрѣвая развитіе чешской исторіографіи, авторъ прямо указываетъ на вѣковое нерасположеніе авст])ійскаго правительства ко всѣмъ тру­ дамъ, увѣковѣчивавшимъ прошедшія судьбы самостоятельной чешской жизни. Съ семнадцатаго вѣка чешская исторія находилась почти исклю­ чительно въ рукахъ духовенства и разныхъ монашескихъ орденовъ, въ особенности іезуитовъ. Нужно было имѣть много патріотизма, чтобы въ сухой и тенденціозной Формѣ іезуитской лѣтописи дать хотя изрѣдка волю затаенному чувству; но и это встрѣчается развѣ только у одного ‘ Бальбина. Лишь со второй половины прошлаго вѣка, Добнеръ, Пельцль и Добровскій подняли значеніе отечественной исторіи и разработали съ особымъ тщаніемъ нѣкоторые ея эпизоды. Рядомъ съ ихъ одиноч­ ными усиліями, іезуиту Пубичкѣ удалось дать ходъ долго не преры­ вавшемуся затѣмъ изданію чешско-славянской лѣтописи. Найдя себѣ первоначально издателя, онъ, за истощеніемъ его средствъ, прибѣг-