Журнал "Беседа". Книга V - Май

новыя книги. 33 какъ авторъ допускаетъ, совокупною дѣятельностью, вмѣстѣ съ другими людьми, но съ лю д ьм и . Но автору хотѣлось другаго вывода, и тутъ-то пригодилось ему употребленное, какъ будто вскользь, слово: условіе, откуда является возможность отдѣлить прямое шествіе къ цѣли, усту­ паемое человѣку, отъ созданія условій благосостоянія и безопасности, ко­ торое онъ переноситъ на государство. Отсюда у него вышло, что созда­ ніе условій совершается государственною дѣятельностью въ обширномъ или тѣсномъ смыслѣ, а потому—полицейскою. Нѣтъ, мы предпочитаемъ простые обороты сложнымъ и признаемъ автора обязаннымъ держаться одного даннаго имъ направленія мысли; а держась этого направленія, мы должны допустить, что наше человѣческое счастіе, благополучіе, благосостояніе достигаются нашею человѣческою дѣятельностью,нашимъ трудомъ, нашею волею, и если для успѣха этой дѣятельности, этого труда, необходимо соединиться, то мы соединимся съ людьми, то есть, въ человѣческія общества, въ семьи, общины, земства,—въ народъ. Исто­ рія доказала, что народы, какъ народы, не имѣютъ другаго основанія для своего бытія, какъ соединеніе человѣческой дѣятельности въ направ­ леніи къ достиженію человѣческихъ цѣлей, или къ осуществленію чело­ вѣческихъ интересовъ, на примѣръ, образованія языка, единаго исповѣ­ данія, одного народнаго просвѣщенія, развитія народной промышлен­ ности и т. д. Какъ скоро дѣло идетъ о политикѣ, порядкѣ, безопасности, могуществѣ, вообще о силѣ народа, —тутъ являются государство и строй гражданскій. Вотъ почему какъ человѣка мы противуполагаемъ гражда­ нину, такъ народъ—государству. Конечно, все совершается въ государ­ ствѣ, то есть, въ предѣлахъ данной страны, но не все государствомъ, а тѣмъ менѣе полиціею, которая, вмѣшиваясь у насъ съ ХУШ вѣка, на примѣръ, въ дѣло народнаго просвѣщенія, ищетъ для того особыхъ мотивовъ—или въ службѣ, какъ при Петрѣ I,—или въ Филантропіи, какъ при Екатеринѣ II и при дѣйствіи ея «приказовъ общественнаго призрѣнія»—чего-то въ родѣ современной идеи о нашихъ меньшихъ ‘братьяхъ, и чрезъ то съуяіиваетъ, стѣсняетъ народное просвѣщеніе. Смѣшно теперь назвать родителей, воспитывающихъ дѣтей своихъ вз, страхѣ Божіемъ и развивающихъ ихъ дѣтскія способности,—полицейскими агентами; нелѣпо было бы сказать о прошесорѣ богословія, или фило ­ с оф іи , пли права и математики, что его преподавательская дѣятельності, есть дѣятельность полицейская. Такая нелѣпость была бы столь же по­ разительна, какъ еслибы кто сказалъ, что труды Карамзина пли Пуш­ кина—труды полицейскіе. Пора, давно пора намъ, русскимъ, отдѣлаться отъ иноземнаго, столь неудачнаго слова и поискать другаго, которое было бы болѣе въ гармоніи съ дѣломъ, хоть слѣдуя примѣру тѣхъ же нѣмцевъ, введшихъ насъ въ заблужденіе и теперь уже отказывающихся мало помалу отъ этого заблужденія, судя по усиліямъ Штейна, фонъ Инама, Штернегга п другихъ. Нашъ почтенный проФесоръ, очевидно, уже на пути къ тому. БЕС1ІД*,1871. V, 3 1