Журнал "Беседа". Книга V - Май

2 новыя книги. обезсмертилъ Гумбольдта, Риттера и Ричардсона, не стбитъ изученія?... Неужели для насъ важнѣе знать число лепестковъ растенія, чѣмъ область его распространенія,—условія, при которыхъ оно произрастаетъ,—и сте­ пень полезности его къ данномъ мѣстѣ? Неужели мыслима разумная аклиматизація безъ знанія характеристическихъ особенностей мѣстно­ стей? Неужели мы можемъ пріучить кочевника къ осѣдлости, не зная, при какихъ условіяхъ возможна на его родинѣ осѣдлость? И какъ, на­ конецъ, мы будемъ говорить о богатствѣ населенія въ данной мѣстно­ сти, не зная силы ея производительности? Вотъ нѣкоторые изъ тѣхъ вопросовъ, которые сами собою приходятъ на умъ, когда попадается намъ что нибудь касающееся землевѣдѣнія, и невольно дѣлается досадно на наше просвѣщеніе и просвѣтителей. Было бы простительно подобное невниманіе къ землевѣдѣнію въ то время, когда бы наша территорія представляла что нибудь въ родѣ миніатюрнаго Бадена, извѣстнаго, какъ туземцамъ, такъ и иноземцамъ, со временъ римлянъ; но не проститель­ но намъ, обладающимъ не только шестою частью всей обитаемой суши, но и самыми разнообразными условіями обитаемости: отъ крайняго не­ гостепріимнаго сѣвера до подтропическаго юга, отъ плодородныхъ сте­ пей Малороссіи до песчаныхъ пустынь Приаралья, и отъ роскошныхъ долинъ Закавказья до каменистой Финляндіи. Если при этомъ мы вспо­ мнимъ, что въ числѣ своихъ согражданъ мы найдемъ: питающагося гни­ лой рыбой камчадала ,—ловкаго собачьяго наѣздника, угрюмаго чукча , пройдоху яку т а , не смотря на свою грубость поработившаго своему языку нашего собрата—русскаго, беззаботно веселаго щего,ія тун гу за , сотни верстъ проскакивающаго въ сутки на своихъ прыткихъ оленяхъ; если мы вспомнимъ объ удаломъ калмыкѣ, точно приросшемъ къ пер­ вой попавшейся ему дикой лошади,—о верблюдоводѣ киргизѣ , почи­ тателѣ ословъ сартѣ , не говоря уже о ги л як ахъ , куромѣ, караи ­ махъ, туш инцахъ (грузинское шіемя) и многихъ другихъ, входя­ щихъ въ составъ обширнаго нашего государства,—то понятно, на сколько можно оправдать подобное невниманіе къ предмету, безъ котораго не мыс­ лимо не только знаніе, но даже ознакомленіе съ родиной. Что же уди­ вительнаго въ томъ, что при первомъ удобномъ случаѣ мы остав,!іяемъ свою, неизвѣстную намъ, родину изъ-за того, чтобы побывать за гра­ ницей и полюбоваться тамъ тѣми немногими уголками, которые чуть не изъ пеленокъ затвержены наизусть нашей Фешенебельной молодежью. Кто изъ нашихъ рго и сопіга патріотовъ не счелъ бы себя чуть не опо- зоррниымъ, еслибъ ему пришлось сознаться передъ какой нибудь отжившей Тугоуховской въ томъ, что онъ не бывалъ за границей? А между тѣмъ это такъ. Что же насъ влечетъ туда? Конечно, не одна любознательность, для которой на родинѣ, не початой еще родинѣ, пищи было бы несрав­ ненно болѣе, чѣмъ тамъ, гдѣ каждый уголокъ, каждое дерево въ лѣсу, каждая бочка (въ родѣ гейдельбергской) изслѣдованы, вымѣрены и они-