Журнал "Беседа". Книга V - Май

376 ОЧЕРКИ СТАРОЙ СЕРБІИ. подводами, турокъ сказалъ ему; «Епде нужно»! Еметъ отвѣчалъ, что больше нѣтъ. Дѣло дошло до визиря, который закричалъ; «Отрубить кмету голову!... Какъ нѣтъ подводъ для царскаго чи­ новника?» Еметъ видя, чтодѣло плохо, смѣло отвѣчалъ; «Нѣтъ, такъ нѣтъ! Я неБогъ, чтобы надѣлать столько лошадей для царя и еголюдей. Царю (султану) легче купить лошадей, нежели бѣдному народу платить подать, да евде возить его людей». Визирь снова закричалъ; «Отрубить голову гяуру!» Тогда встали аги Даутъ- бегъ, Аджи-Мустай-бегъ и другіе турки, и бросились цѣловать руку и край одежды (скутъ) визиря, говоря; «Аманъ! Ради цар­ скаго здоровья, честитый девлету, не трогай этого влаха; ибо если онъ погибнетъ, намъ придется самимъ бѣжать отсюда, или погибнуть». Удивленный визирь спросилъ, что это значитъ, и ему расказали о гайдукахъ и о порукѣ, которою они обязали прибойскихъ турокъ отвѣчать за безопасность ближнихъ христі­ анскихъ селъ; въ случаѣ же какого нибудь насилія христіанскому народу, они будутъ прямо мстить мѣстнымъ туркамъ. Визирь, подумавъ, отпустилъ кмета и сказалъ ему; «Еслибы ты былъ у меня въ Румеліи, я показалъ бы тебѣ, что ;значитъ царскій че­ ловѣкъ». Этого кмета звали Илья Бѣловичъ, изъ села Луничи, недалеко отъ Прибоя, маленькаго посада или палаики, лежащей на рѣкѣ Лимѣ. Едва только гайдуки узнавали, что сербскій купецъ не хо­ тѣлъ выручить изъ бѣды какого нибудь честнаго серба, брошен­ наго турками въ темницу, то посылали къ нему гласоношу, а а иногда книгу, то есть, письмо, которое поручали снести кому нибудь; такой человѣкъ назывался книгоношей. Слова гайдуковъ считались священными, и если купецъ оставлялъ безъ вниманія такое письмо или порученіе, то гайдуки прямо грозили ему смертью, и, въ знакъ угрозы, посылали патронъ (Фишекъ), что означало смерть презрѣвшему гайдуцкую просьбу, или приказаніе. Получившій такой гостинецъ, заранѣе долженъ былъ считать свою голову въ торбѣ или на шилякѣ (вертелѣ). Расправа гайдуковъ и лѣсогорскаго царя (арамбаши) наводила иногда страхъ не только на всѣхъ православныхъ киезовъ, кметовъ и купцовъ, но ина ту­ земныхъ турокъ, потому что гайдуки грозили имъ смертію за тѣхъ, кого не выпускали изъ темницы, или не освобождали отъ оковъ. При такихъ угрозахъ, сельскіе кнезы, кметы, купцы и горожане, какъ христіане, такъ и мухамедане, обращались къ , бегу, мусселиму, кадію и другимъ судьямъ, говоря; «Аманъ! Мы