Журнал "Беседа". Книга V - Май

94 ВОЗРОЖДЕНІЕ ГЕРМАНІИ. Н іи ; моя личная опасность не можетъ быть принята во вниманіе,— она была бы даже полезна». Въ другой разъ онъ говоритъ: «я зналъ очень хорошо, чѣмъ я рискую. Я знаю, что меня, подобно Пальму, можетъ постигнуть свинецъ. Но я этого не боюсь и охотно умру для цѣ.ти, мноюизбранной». Это высокое патріотическое настроеніе дало ему возможность сдѣлать изъ «рѣчей къ германскому народу» непреходящій памят­ никъ Философскаго творчества. Онѣ дали ему право на вѣчную благодарность потомства; во имя ихъ праздновался столѣтнійюби­ лей его рожденія. Въ нихъ окончательно отрѣшился Фихте отъ прежнихъ космополитическихъ воззрѣній, которыя проглядываютъ еще въ «основныхъ чергахъ нашего времени». Въ этихъ чертахъ мы находимъ еще слѣдующую страницу: «Гдѣ отечество истинно просвѣщеннаго христіанина европейца? Вообще—Европа, а въ особенности, въ каждую .эпоху, то европейское государство, ко­ торое стоитъ во главѣ цивилизаціи. Это государство, съ теченіем'іѵ времени, погибнетъ, а потому не будетъ уже стоять во главѣ ци­ вилизаціи. Но именно по тому, что оно погибаетъ и должно погиб­ нуть, появляются другія и между ними одно въ особенности вы­ двигается впередъ. Пусть яіе земнорожденные, признающіе въ зем­ ной корѣ, рѣкахъ и горах'ь свое отечество, остаются гражданами ігогибшаго государства; они получаютъ то, чего желали и что дѣлаетъ ихъ счастливыми. Но солнцеподобный духъ неудержимо притягивается и направляется туда, гдѣ свѣтъ и право. И въ этомъ всемірпогражданскомъ чувствѣ мы можемъ успокоиться о судьбѣ и дѣяніяхъ государства». Но это успокоивающее, всемірногражданское чувство былона­ рушено реа.льнымъ Фактомъ—чужеземнымъ завоеваніемъ. Фихте увидѣлъ, что «земная кора, горы и рѣки»—также отечество, что гражданинъ «погибіпаго государства» не можетъ найти утѣшеніе въ космополитической философіи . Чужеземное завоеваніе, это огненное крещеніе, искупляющее отъ грѣха космополитизма, дви­ нуло его па патріотическое дѣло, подъ рискомъ пули или из­ гнанія. Новыя рѣчи Фихте были уя?е обращены не ко всему цивилизо­ ванному міру, участвующему въ жизни «нашего времени», но только къ германцамъ. «Я», говоритъ онъ въ своей первой .іекціи, «говорю для нѣмцевъ и о нѣмцахъ». «Рѣчи къ германскому народу» составляютъ, по словамъ са­ мого Фихте, «продолженіе его чтеній объ основныхъ чертахъ на-