Антонов В.Ф., Герман Лопатин

Когда стемнело, Лопатин отправился в путь. Немца не оказалось дома, пришлось ждать. Было уже поздно, когда подъехала карета. Вслед за барами он вошел в дом. В комнатах было: темно. Нельзя было терять ни мгновения. Улучив момент, Лопатин приблизился к немцу: — Спокойно, ни звука. Я—Лопатин,—поспешно заго­ ворил он. — Немедленно скажите, что у жены после театра разболелась голова и отошлите слугу в аптеку. Потом все! объясню. Слуга был удален, и Лопатин уединился с хозяином. Испугался ли агент тяжелой руки Германа или ему дей­ ствительно польстило доверие знаменитого уже беглеца, он оставил у себя Лопатина, спрятал и стал кормить его. Более того, немец выдержал искус, когда, потеряв вся­ кую надежду найти Лопатина, к нему, как к последнему средству, обратился сам губернатор. Премилая картина: п доме губернатор ведет с хозяином беседу, как бы ско­ рее отыскать убежище беглеца, а бесстрашный Лопатин хладнокровно обдумывает план, что предпринять, если немец вдруг соблазнится предать его... Беспомощность полиции была смешной и раззадори­ вала людей. Наиболее сметливые из жителей города на­ шли средство! быть негласными участниками этой игры. Однажды, находясь в клубе, приятельница Германа из воспитательского дома была поражена маленькой инс­ ценировкой, разыгравшейся не на сцене, а рядом с ней. Роли играли) два местных купца. — Не могу понять, — говорит один, — какого рожна Лопатин сидит в городе. Такой вор-парень и уйти не мо­ жет. Легкое ли дело, какую штуку удрал: убег среди бела дня, а как из города скрыться —не обмозгует... — Куда скроешься,—другой говорит, — ведь надо Ангару переехать, а где же переехать... На самолете (так называли паром — В. А.) не сунешься... — Чудак! На самолете! К чему на самолете? Да нешто на лодке хитро переехать? Такой вор-парень, а этого дела) не оборудует. Не поверю я. Похоже, что тут баба замешалась: бабничает он... Это скорее... —г На лодке тоже надо подумать...—сомневается собе­ седник. — Чего думать? Знаешь, к примеру, где мой дом?..—