Члоян М., Юданов А., Сады лебедянские

— Честное слово. Поверьте мне, — пообещал парень. Саранскому поверили. А через некоторое время Песоц- кая, улыбаясь, говорила директору: — Понимаете, Герасим Васильевич, Саранского словно подменили. ...Часто весенними теплыми днями над садом подобно быстрокрылой птице взлетает песня, сливаясь с соловьиной трелью: Чудный май, желанный май, Ты отраду сердцу дай. Голубеющий простор .Ароматом напоен. Кто это поет? Может быть, Нина Ряховская или Маша Ко- ноныхина? Как знать! А голос чистый, прозрачный, как вот этот живительный, ласковый, подобно прикосновению детской руки, воздух: Отовсюду песен хор. Давних звуков перезвон. Соловьи поют в садах. Утопающих в цветах. Невольно заслушаешься песнями девушек. Работать в са­ ду и не петь — нельзя. Сад — сама песня. Он наполняет душу чем-то радостным, наводит на светлые мысли, поднимает на­ строение, и люди поют. А с песней и работа спорится. В канун Первомая в отделениях совхоза проходили собра­ ния, посвященные обсуждению производственного плана. Ра­ бочие пятого отделения собрались в красном уголке. Развер­ нув лист бумаги, директор совхоза сообщил, сколько каждая бригада, каждое звено должно получить яблок на своих уча­ стках по государственному плану. На какую-то минуту в ком­ нате воцарилась тишина. Садоводы взвешивали свои возмож­ ности, прикидывали, какое обязательство они могут взять. - - Ваше мнение, товарищи? — спросил Копалин. — .Можно мне сказать?— громко выкрикнула звеньевая Любовь Чертовских. От волнения на ее щеках заиграл румя­ нец, в глазах — задорный блеск. — Мы тут подумали и рещили получить не двадцать тонн яблок, как указано в плане, а двадцать пять. 9