Ковалев С.Ю., Хроника Больших советских перелетов

92 5 марта мы в Иркутске. Мы решили воспользоваться благоприятным прогнозом погоды и задержались здесь на два дня, провели генеральный осмотр самолетов и моторов. Утром 7 марта вылетели в Читу. Все время дул сильный попутный ветер. С его помощью мы легко покрыли без посадки около девятисот километров и ровно в три часа дня благополучно сели на читинский аэродром. Утром 8 марта вылетели дальше, рассчитывая без посадки долететь до Архары. Около Рухлово Линдель неожиданно сообщил: в добавочных баках бензин кончился. Решили сесть в Тыгде. 9 марта в 6 часов 30 минут наши самолеты опустились в Хабаровске. Первый этап перелета закончен. За 39 летных часов покрыто около 8 тысяч километров. 11 марта сели в Николаевске. Здесь кончалась воздушная трасса, по которой регулярно летают наши пассажирские самолеты. Дальше пойдет тяжелый, почти неизведанный путь. 12 марта. Через 6 часов 30 минут после вылета из Николаевска наш самолет появился над Охотском. Сделав два круга, я внимательно осмотрел аэродром, зашел против ветра и благополучно сел. Нас встречало все население города. Надо признаться, что этот перелет вымотал у меня все силы. Участок Николаевск – Охотск оказался самым трудным из всего пройденного пути. Посадив самолет, я едва вылез из него – голова, казалось, разламывалась на части. 14 марта прилетели в Магадан. В Магадане просидели четверо суток. 17 марта при посадке в Гижиге произошла авария самолета Линделя. Самолет коснулся земли, чуть-чуть не долетая «Т». Потом его сильно взмыло, развернуло, и он правым крылом забороздил снег. У него сломалась стойка шасси. С помощью красноармейца, который оказался хорошим кузнецом, бортмеханик Игнатьев изготовил и укрепил на своем самолете новое сварное ушко стойки шасси, сломанное Линделем во время неудачной посадки. Ушко, по нашему общему мнению, получилось не хуже заводского. 22 марта перелетели на культбазу Каменское. Пурга на несколько дней задержала нас в культбазе. Вылететь удалось только 26 марта. Поднялись в воздух поздно, до захода солнца оставалось всего пять с половиной часов. Но мы и не особо торопились – по нашему расчету до Анадыря было всего четыре – четыре с половиной часа полета. Вдруг видимость резко ухудшилась, а самолеты стало бросать. В ущельях нас поджидал такой встречный ветер, что самолеты почти не двигались с места, расходуя всю свою энергию на борьбу со штормом» 87 . Этот этап перелета оказался для авиаторов самым богатым на приключения. Линдель в условиях надвигающейся ночи, с отказавшей радиостанцией, опасаясь потери ориентировки и вынужденной посадки из-за полной выработки бензина, выбрал место, произвел посадку, как впоследствии оказалось, в ста километрах от Анадыря и стал ожидать улучшения погоды. В это время Водопьянов на последних каплях горючего в темноте чудом вышел на посадочную площадку в районе Анадыря и произвел посадку. Здесь он узнал, что в чукотских снегах, кроме самолета Линделя, потерялся еще один самолет с летчиком Масленниковым и штурманом Падалко, но пурга надолго приковала самолет Водопьянова к земле и на поиски двух экипажей отправились каюры на собачьих упряжках. Самолеты ЛП-5 на московском аэродроме