Ковалев С.Ю., Хроника Больших советских перелетов

44 Комиссия по перелетам заявляла, что перелет предполагается совершить в пять – шесть дней. Остановка в Токио намечалась на 3 – 5 дней, после чего самолет должен был возвратиться обратно. Летчики, совершавшие до сих пор полеты на Дальний Восток, шли через Манчжурию. «Наш ответ» впервые должен был пройти в обход Манчжурии, над глухими таежными районами. 20 августа в 6 часов 10 минут утра самолет АНТ-3 «Наш ответ» под управлением пилота С.А. Шестакова с бортмехаником Д.В. Фуфаевым вылетел с Центрального аэродрома в дальневосточный перелет. В тот же день в 11 часов 29 минут самолет прилетел в Сарапул. Из Сарапула Шестаков вылетел 21 августа в 3 часа 20 минут утра. От Сарапула до Красноуфимска, а далее до Свердловска Шестаков шел исключительно по компасу, так как сильный туман не давал возможности ориентироваться по земле. Сделав короткую остановку в Кургане, в тот же день в 14 часов 25 минут авиаторы прилетели в Омск. Из Омска «Наш ответ» вылетел 22 августа, в 3 часа 25 минут утра. В Новосибирске сделали короткую остановку и отправились дальше – в Красноярск, куда прилетели в 17 часов 10 минут вечера. Уже от Новосибирска началась тайга, над которой можно было идти только по компасу. Экипаж пролетал над местностью откуда, в случае аварийной посадки, ему пришлось бы не менее двух недель пробираться к ближайшему человеческому жилью. Перелет проходил в неблагоприятных метеорологических условиях при сильном встречном ветре, сильной облачности и частых грозах. 23 августа, в 10 часов 10 минут утра экипаж Шестакова прилетел в Иркутск и в 2 часа дня вылетел дальше. Несмотря на полученное из Верхнеудинска сообщение, что весь район закрыт туманом, Шестаков и Фуфаев все же решили лететь. И действительно, около Верхнеудинска они попали в полосу сильной облачности, которую им с трудом удалось преодолеть. Начиная от Иркутска, начались холода, и легкая одежда экипажа не обеспечивала необходимого комфорта. По утверждению Шестакова, экипаж «чувствовал себя довольно плохо». Кроме, преследовавшей экипаж «Нашего ответа», непогоды, добавлял проблем и пресловутый «человеческий фактор». Шестаков сетовал на то, что «плоха была подача метеорологических сводок до Иркутска, после Иркутска она улучшилась» . При этом нужно заметить, что если неизбалованный (как все советские летчики) подобными «услугами» летчик выразил свое неудовольствие на страницах печати, то, вероятно, этих метеосводок часто просто не было 39 . 23 августа, в 15 часов 25 минут «Наш ответ» вылетел из Верхнеудинска в Читу. Туман был настолько плотным, что авиаторам пришлось вернуться обратно, и только утром следующего дня они смогли вылететь в Читу. Начиная от Куни до Читы, самолет шел под проливным дождем, при сильном встречном ветре но, несмотря ни на что, 24 августа в 19 часов советские авиаторы опустились на аэродроме в Чите. 25 августа, в 11 часов утра Шестаков и Фуфаев вылетели из Читы в Нерчинск, где спустя три часа произвели посадку. В Нерчинске экипаж, пережидая непогоду, выполнил тщательную проверку мотора, необходимую для уверенного преодоления предстоящих сложных участков маршрута. С.А. Шестаков Д.В. Фуфаев