Ковалев С.Ю., Хроника Больших советских перелетов

17 безориентирного полета. В решении второй, не менее важной, задачи основную роль сыграл летнаб экипажа – Н.Н. Курбатов, который позже опубликовал подробный отчет об этом полете на страницах «Вестника воздушного флота». Самолет был хорошо оснащен. На нем были установлены два указателя скорости: «Баден» – для пилота и «Дюжи» – для наблюдателя. Кроме того, в распоряжении экипажа были компасы «Пионер» и «Кемпель-Беннет», а у летнаба визир Ноздровского, ветрочет Стерлигова, альтиметр, ветромер и часы. Для связи пилота с наблюдателем был установлен переговорный телефон. 23 марта в 11 часов 55 минут самолет вылетел из Москвы. При сильном, порывистом встречном ветре, на высоте 700 метров самолет пошел на Можайск. В воздухе была «болтанка». Вести самолет, и прокладывать путь было непросто, линейку и транспортир летнабу удавалось удерживать с большим трудом. Вскоре, произведенное навигатором Курбатовым, счисление пути показало, что вместо рассчитанных на земле 112 км/час скорость равнялась 85 км/час, т. е. «рыскание» самолета отнимало почти 25% путевой скорости. Над Вязьмой экипаж набрал высоту 1000 м. Стало значительно спокойнее, и летнаб получил возможность, без риска быть выброшенным из кабины, заняться работой с ветромером. К сожалению, конструкция его оказалась очень примитивной и непригодной для работы. Ничего кроме углов сноса, да и то приблизительных, установить было невозможно. В 15 часов 55 минут самолет, пройдя около 400 км, опустился на смоленском аэродроме. Мотор все время полета работал без перебоев. 1400 оборотов, установленных в начале полета, летчик выдерживал до посадки. В Смоленске произошла досадная двухдневная задержка из-за отсутствия точной информации о наличии снежного покрова на аэродромах по маршруту перелета. Самолет вылетел из Москвы на лыжах, а колес для их замены на смоленском аэродроме не оказалось. Ночью на 26 марта пришла телеграмма – в Ленинграде посадка возможна только на лыжах. 26 марта в 12 часов 50 минут самолет вылетел из Смоленска. Через 50 минут прошли над Витебском, а в 15 часов 27 минут – над станцией Дно. В 17 часов авиаторы спустились в Ленинграде, пройдя за 4 часа 10 минут около 650 км. Мотор вновь не подвел, не понадобилась даже, обычная, в таких полетах, замена свеч. На следующий день был совершен перелет на завод «Большевик», рабочие которого хотели видеть построенный их руками мотор, пролетевший более 1000 км. Осмотр самолета, посещение завода, торжества по случаю успешного испытания советского мотора, – все это заняло несколько дней. 1 апреля с утра был сильный туман, а из Москвы сообщили прогноз, где было указано, что посадка на лыжах возможна последний день. Снег в Ленинграде начал так быстро таять, что через 2 – 3 дня аэродром мог превратиться в болото и закрыться, по крайней мере, на месяц. Перед экипажем встал непростой выбор, либо разбирать самолет и отправлять его в Москву по железной дороге, что, вновь, могло быть оценено как неудача, либо, несмотря на предполагаемые трудности, лететь в Москву Навигационное оборудование летнаба Курбатова Ф.С. Растегаев