Ковалев С.Ю., Хроника Больших советских перелетов

129 завода № 24, на «Н-170»), Д.А. Тимофеев (представитель завода № 22, на «Н-169»), В.Г. Гинкин (представитель завода № 22, на «Н-172»), И.Г. Кистанов (представитель завода «Авиаприбор»), Н.Н. Стромилов (представитель Ленинградской опытной радиолаборатории, радист на «Н-169», «Н-166» и «Н-171»), М.А. Трояновский (кинооператор), Л.К. Бронтман (корреспондент «Правды»), Э.С. Виленского (корреспондент «Известий»). Итого – 44 человека. Надо заметить, что в различных публикациях общая численность экспедиции колеблется от 42 до 44 человек, а в перечислениях кого-нибудь постоянно забывают. Представленный Вашему вниманию список участников экспедиции составлен на момент отлета из Москвы. Позже в экипажах самолетов произошли интересные трансформации. Не знаю, было ли это запланировано заранее, но Л.Г. Крузе в качестве второго пилота «Н-169» долетел лишь до Архангельска, а на острове Рудольфа вступил в должность начальника летной базы (вместо умершего Н.М. Иеске) и летал на разведку на заслуженном «старичке» «Н-128». Вместе с ним летал бортмеханик Я. Брезин. Я.Д. Мошковский до Архангельска летел пассажиром «Н- 169», затем до Рудольфа вторым пилотом того же самолета, весь же дальнейший маршрут он прошел в качестве второго пилота «Н-172». Опытный М.И. Козлов на Рудольфе стал членом экипажа «Н-169». Возможно, это было связано с тем, что в тот момент уже было решено: после штурма полюса, оставить этот экипаж на острове Рудольфа для «подстраховки» папанинцев. С 10 марта весь состав экспедиции находился в постоянной готовности к вылету, ожидая подходящей погоды, но только 22 марта удалось дать старт историческому перелету. Интересно, что во всех газетах было объявлено о начале большого арктического перелета, но… только одного экипажа – П.Г. Головина на самолете АНТ-7 «Н-166». Такой ход, вполне объясним – опыт предварительной широкой рекламы неудавшегося перелета С.А. Леваневского в 1935 году навсегда отучил советских руководителей от слишком самоуверенных заявлений. В случае же с таким масштабным проектом, каким являлась полярная экспедиция О.Ю. Шмидта, объявлять об отлете самолетов из Москвы к полюсу, зная, что весь путь может занять не один месяц, было бы вдвойне неразумно. За долгие дни и недели ожидания благоприятной погоды на промежуточных аэродромах, интерес к этой попытке покорения Северного полюса, со стороны советской и мировой общественности, стремительно бы угасал, и кульминационный момент высадки советских людей на полюсе получился бы «вымученным». Поэтому заранее подготовленные статьи о перелете Москва – остров Рудольфа появились на страницах советских газет лишь после того, как самолет М.В. Водопьянова с О.Ю. Шмидтом и четверкой И.Д. Папанина приземлился в районе Северного полюса 21 мая. Но, обо всем по порядку. Хорошо рассказал о ходе экспедиции к полюсу С.А. Бергавинов, не понаслышке знавший о трудностях арктических перелетов. В статье, опубликованной в журнале «Советская Арктика» он писал: «Экспедиция в числе пяти мощных, целиком советских самолетов поднялась 22 марта с Московского аэродрома, взяв курс на Север, к острову Рудольфа, где и совершила посадку 18 апреля. Некоторым может показаться, что полет был якобы продолжителен. Думающие так должны понять, что речь идет не о полете по воздушной трассе, например, Москва — Маршрут авиационной экспедиции О.Ю. Шмидта