Ковалев С.Ю., Хроника Больших советских перелетов

118 В первых числах сентября «Дорнье Валь» Молокова с промежуточной посадкой в Хатанге перелетел в Диксон. Здесь в адрес Молокова пришла радиограмма от О.Ю. Шмидта с просьбой о выполнении новой ледовой разведки в районе пролива Вилькицкого. В это время Шмидт на ледоколе «Федор Литке» шел во главе каравана судов, обеспечившего переход эсминцев Балтийского флота «Сталин» и «Войков» во Владивосток. 6 сентября «Н- 2» пролетел над караваном, а вскоре всего в десяти милях от каравана экипажем самолета была обнаружена чистая вода. Молоков сделал круг над водой, дав этим знать, в каком направлении надо пробиваться судам, а затем нужные координаты были переданы по радио. Благодаря, в том числе, и работе экипажа Молокова успешно завершился первый в истории переход боевых кораблей Северным морским путем. Возвращаясь из ледовой разведки в Диксон, «Н-2» в очередной раз попал в туман, и вновь Молоков, уже отработанным маневром, стал пробиваться к месту назначения «по- корабельному». На следующий день, добравшись до Диксона, Молоков узнал, что пропала амфибия Ш-2. Не раздумывая экипаж Молокова отправился на розыски. Через три часа поиски увенчались успехом. Летчик Ш-2 был спасен. Заключительный этап перелета по Северному морскому пути экспедиции Молокова пришлось преодолевать в крайне неблагоприятных погодных условиях. Промежуточная посадка была совершена на острове Вайгач, в бухте Варнек. Посадку в Архангельске «Дорнье Валь» произвел 12 сентября. Здесь авиаторов встретили как героев. Митинги. Приемы. Речи. Экипажу предоставили возможность отдохнуть на даче в лесной тиши. А тем временем, Молоков боролся за право закончить свой перелет в Москве. Судя по воспоминаниям Василия Сергеевича, экипаж «Н-2» в Москве совсем не ждали. Еще во время пребывания экспедиции в Диксоне Управление полярной авиации настоятельно рекомендовало Молокову отправиться обратно в Красноярск. Причем, ссылки на проблемы технико-эксплуатационного характера при этом, вероятно, лишь скрывали какие-то более весомые мотивы. Только присутствие на борту «Н-2» С.А. Бергавинова, его заинтересованность и настойчивость (а, возможно, и личные связи) в согласовании на самом верху прилета самолета Молокова в Москву, сделали этот перелет «Великим арктическим рейсом». И.В. Сталин сказал: «…Пусть летит». 18 сентября экипаж Молокова совершил перелет Архангельск – Вологда, а на следующий день ровно в 17 часов Молоков посадил свою летающую лодку на гладь Москва- реки в центре столицы. Торжественная встреча экипажа «Н-2» состоялась на набережной у Центрального парка культуры и отдыха имени А.М. Горького. Руководство страны на торжественном митинге было представлено многочисленной командой партийных и правительственных деятелей во главе с В.М. Молотовым и К.Е. Ворошиловым. Спустя час в здании Моссовета состоялся торжественный прием в честь «отважных завоевателей воздушных путей Арктики». На приеме В.М. Молотов объявил о награждении участников перелета. Интересно, что самую значимую награду – орден Ленина – вручили бортмеханику Г.Т. Побежимову. Орденами Трудового Красного Знамени были награждены А.А. Ритслянд и В.И. Мишенков. Командир экипажа В.С. Молоков удостоился лишь ордена Красной Звезды. К орденам прилагались и денежные премии: Молокову – 20 тысяч рублей, Маршрут перелета экипажа В.С. Молокова